Металл Украины и мира

Россия: у металлургов кончился запал на слияния

Падение мировых цен в металлургии поставило на грань выживания многих производителей, но российские компании, выигравшие от девальвации рубля, не спешат воспользоваться ситуацией и пополнить свои портфели активов. Причиной тому неопределенность будущего отрасли, негативный опыт зарубежных сделок и отсутствие на домашнем рынке в доступе чего-либо привлекательного. Тем более, что претенденты на даже пока бесхозные активы в условиях новой российской реальности должны проходить непростой фейсконтроль.

Похоже, российские металлурги и угольщики крепко выучили уроки прошлого кризиса и его лукавых возможностей. Представляя в ноябре 2015 г. десятилетнюю стратегию развития ММК, топ-менеджмент осторожно обмолвился, что может рассмотреть покупку какого-нибудь угольного актива с набором коксующихся марок – но только при очень выгодном предложении. В Evraz, который в 2015 г. стал официально управлять угольным холдингом “Сибуглемет”, каждый раз подчеркивают, что не собираются покупать его, – и мои источники это подтверждают. “Уралвагонзавод” и Газпромбанк, не раз пожалевшие, что взяли на себя решение проблем угольной компании “Заречная”, передоверили управление активом холдингу “СДС”, где также очень осторожно говорят о перспективах выкупа.

Вот, собственно, и все теоретически возможные сделки M&A в российской черной металлургии. Между тем в прошлый кризис она сохраняла аппетит к инвестициям на дне цикла. Тогда российские сталевары продолжали консолидацию сырьевых и производственных активов, в том числе, и за счет раздела СП с иностранными партнерами, созданных еще до кризиса. Но уже в 2012-2013 гг. большая часть этих приобретений начала переходить, скорее, в разряд инвестиционно-социальных обязательств и списаний. Итоги неутешительны.

Пущенный в 2011 г. завод ММК в Турции, в который было вложено около $2 млрд. с учетом выкупа доли местной Atakas Group, сейчас работает лишь на треть мощностей. Приобретенные НЛМК у Duferco европейские прокатные активы стали в равной мере предметом забот не только российской компании, но и бельгийской государственной SOGEPA, которой в два захода удалось продать 49% дивизиона (за исключением датского завода Dansteel) в обмен на более мягкую программу реструктуризации и сокращения рабочих мест. “Северсталь” распродала все активы в Северной Америке. Evraz остановил и продал часть европейских и южноафриканских предприятий. “Мечел” вообще чуть не стал банкротом.

Поэтому сейчас, когда отрасль снова нащупывает дно, а гиганты вроде Anglo American, BHP Billiton и Glencore заявляют о распродажах, осторожность российских металлургов объяснима. Избыток стали на мировом рынке оценивается в 600 млн. т, из которых половина приходится на Китай – тот самый Китай, который был основной надеждой и драйвером спроса после кризиса 2008 г. Замедление экономики КНР, недоверие к официальным заявлениям и статистике страны не позволяют рассчитывать реальные горизонты окупаемости новых проектов. Это касается всей стальной цепочки: от руды с коксующимся углем до никеля, легирующего металл.

“Большая четверка” железорудных компаний (BHP Billiton, Fortescue, Rio Tinto и Vale) делает все, чтобы удержать цены на рекордно низких уровнях и выдавить с рынка неэффективных игроков, но пока настрой в отрасли пессимистичный. Прогноз Goldman Sachs по ценам на руду в 2017-2018 гг. – $35/т. Это коррелирует и с прогнозом китайского аналитического агентства SteelHome, согласно которому экспорт стали из КНР в ближайшие два-три года будет находиться на уровне 100 млн. т – пока Поднебесная будет заваливать рынки дешевой сталью, спрос не вырастет и маржинальность производителей будет зависеть прежде всего от способности снижать издержки (далеко не в последнюю очередь за счет девальвации национальных валют).

С одной стороны, на фоне растущего протекционизма из-за китайского экспорта российские сталевары могли бы вновь рассмотреть выход на закрывающиеся рынки за счет покупки прокатных активов, но все упирается в негативный прошлый опыт и те же размытые перспективы. Да и консолидация мощностей уже не выглядит залогом успеха: капитализация крупнейшей металлургической компании мира ArcelorMittal сейчас на $1,5 млрд. меньше, чем у “Северстали”, в семь раз уступающей ей по объемам выплавки.

Несколько активней в плане M&A выглядит цветная металлургия. Но если не брать стоящую особняком сделку по консолидации Polyus Gold семьей сенатора от Дагестана Сулеймана Керимова, то и там ярких историй не было. Тасовка инвестфондов среди акционеров Petropavlovsk, как говорят в отрасли, стала вынужденным шагом в отсутствии реальных претендентов на компанию, весной реструктурировавшую долги. В серьезную конкуренцию “Русской платине” на конкурсе за месторождение Джеруй в Киргизии в отрасли тоже не верили: политический климат республики смущал всех крупных игроков. “Норникель” как консолидатор пропал с рынка после соглашения акционеров в конце 2012 г., по которому всем зарубежным и непрофильным активам компании была объявлена высшая мера наказания. Вообще в российском цветмете, скорее, сами больше ждут партнеров для разделения рисков, нежели готовы к скупке активов.

Но в отличие от российской черной металлургии, в цветной сохраняются две большие интриги. Первая – что теперь будет делать семья Керимовых с Polyus Gold. Источники “Ъ” говорили о возможности продажи золотодобытчика подконтрольной государству “Алроса”, но стороны это опровергали, против, по моим данным, выступают и чиновники. Теперь на рынке так же активно обсуждается возможность использования Polyus как точки опоры для новых сделок – можно перевесить на компанию долг акционера, высвободив его средства, можно нагружать новыми кредитами и сам Polyus. Вторая интрига – аукцион на Сухой Лог, одно из крупнейших в мире золоторудных месторождений. Им интересуются почти все профильные игроки, некоторые из них уже обсуждали аукцион с первыми лицами страны. Но тут коней может попридержать государство, обсуждающее запрет продажи лицензии структурам с любым уровнем и статусом иностранного участия. (Коммерсант/Металл Украины и мира)

горно-металлургический комплекс (ГМК)

Exit mobile version